вести из больницы

К вчерашней новости о нападении бабушки.
К Ксюше в больницу приходил участковый милиционер.
Расспросил её подробно, всё записал.
Сказал, что усматривает состав преступления по статье 116.1 Нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса (вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности),наказываются штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до шести месяцев, либо арестом на срок до трех месяцев.
То есть участковому кажется, что попадание в больницу не означает вреда здоровью и нетрудоспособности.
Этого я, собственно, и опасалась.
Участкового трудно не понять: если статья будет не 116, а 115.1, то, например, если бабуся будет скрываться, то её придётся искать, и просто закрыть дело не получится. Зачем ему такие хлопоты? Не нужны ему такие хлопоты.
Завтра в больницу должен прийти следователь, которому, скорее всего, тоже будут не нужны такие хлопоты.
И только поэтому, а не потому что правоохранители, например, не любят детей и ненавидят женщин, они наверняка попытаются сохранить Анне Викторовне возможность третировать и терзать бывшую сноху и внучку до самой её, Анны Викторовны, гробовой доски.
Сама Анна Викторовна, конечно, не отстанет, судя по тому, что за три года издевательств она стала только злее и драчливее.
Поэтому мне кажется, что задача для нас с вами - осуществить общественное давление на правоохранителей, и заставить их оценить действия Анны Викторовны по их реальному достоинству.

И да, я спросила Ксюшу, как пережила катаклизм Полина.
Ксюша говорит, что она дико испугалась, вцепилась намертво в Ксюшу и кричала, что никуда не пойдёт и хочет домой с мамой.
На это бабуся тоже кричала, "чем ты её обколола, почему она неадекватна?" и Полине "что ты за неё цепляешься, она завтра сдохнет", и ещё много раз то же самое в разных вариантах, которые повторять не буду тут.
Кстати, обещания бабуси убить Ксюшу упомянутый участковый угрозой убийством не считает.
Он считает угрозой только "когда топор над головой заносят, или душат, но недодушивают".
Я, конечно, не юрист, но мне кажется, что когда недодушивают - это ПОПЫТКА убийства, а УГРОЗА - это когда тебе орут "убью тебя".
Кстати, когда мы отбирали Полину у бабуси, она не сопротивлялась совершенно.
Крикнула два раза "помогите", и побежала к машине своими ногами, держась за Ксюшину и Машкину руки.
А тут было всё немного иначе: женщина на восьмом месяце беременности рвалась к своей машине с тридцатикилограмовым перепуганным орущим ребёнком на руках, при этом ребёнка тянули за ноги, а сзади бабуся била женщину беспрепятственно и плевалась калом.
Прохожие, что характерно, разбегались.
Милиции никакой не было в помине.
Полину не отняли только потому, что она держалась изо всех сил, и её не смогли оторвать от Ксюши.
Такая вот история.